(no subject)

[levkonoe]

По поводу недопонимания отдельными гражданами п.12 из Двенадцать половых заповедей революционного пролетариата вот тут.
Все ж просто: 12 пункт разъясняет нам, что комсоргу и парторгу надо давать всегда и без всяких там препирательств.
Стала я думать, что же это мне напоминает, и таки нашла: теория Коллонтай "Любовь пчел трудовых"

    В годы революции и гражданской войны Александра Михайловна занимала ряд видных постов, ее имя гремело. Когда все успокоилось — поехала послом в Норвегию (первая в мире женщина-посол! живое доказательство успешного решения женских проблем в Советской России!). Оттуда, издалека, в присылаемых для комсомольской прессы статьях Александра Михайловна щедро делилась с молодежью своими взглядами. Выражалась она красиво:
    “Безкрылый (так в тексте. — Ред.) Эрос поглощает меньше чувств, он не родит бессонных ночей, не размягчает волю, не путает холодную работу ума. Классу борцов, когда неумолимо звучит колокол революции, нельзя подпадать под власть крылатого Эроса. Но теперь, когда революция в России одержала верх... многоструйная (многострунная?) лира пестрокрылого божка любви покрывает одноструйный голос безкрылого Эроса”.
В переводе на нормальный: пока продолжается борьба — допускается просто так. Победили — можно и по любви, тоже приятно. При этом: “У каждой женщины прежде всего долг служения коллективу, а затем уже обязанности к мужу и детям”.

    Шутки шутками, но, как замечает Аркадий Ваксберг, автор посвященной Коллонтай замечательной книги “Валькирия революции”, поскольку главной кремлевской верхушке в ту пору было не до любовных теорий, а числилась Александра Михайловна в сверхавторитетных большевичках, ее умствования воспринимались почти как указания — особенно в провинции. И можно представить, как очередной Шариков где-то в подотделе очистки орал машинистке Зиночке, что классовая борьба еще не кончилась, так что давай тут быстро, “по-безкрылому”. Хотя сама Александра Михайловна в своих взглядах была вполне искренна.

    Заткнул ее Сталин с элегантным коварством. После отчета посла Коллонтай в Кремле и задушевной беседы о том-о сем, он доверительно передал ей некий документ с грифом “Совершенно секретно”. Прочесть велел дома. Это оказалось пересланное Дзержинским полуграмотное, но подробное донесение осведомителя ОГПУ из затерянной на просторах Сибири коммуны, носившей имя т.Коллонтай и “осуществляющей, — как говорилось в приписке Дзержинского, — на практике ее теорию”.

“...Фанька говорит давай поконски... тебе с разбегу нипопасть... Мануйлов говорит попаду отошел немного и побежал на нее она немного отвернулась он мимо, я грянул хохотать... Секретарь говорит мы Коллонтай или не Коллонтай...”.

    Александра Михайловна была в шоке. Больше она статей о любви и браке не писала...

http://www.libforum.ru/msg.phtml?v=543864