![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
levkonoeФотография коммуналки напомнила мне, как я участвовала в переписи населения 79 года. На перепись "бросили" студентов, а я как раз заканчивала мехмат Одесского университета. Назывались мы "счетчики" и должны были ходить по квартирам и заполнять на каждого жильца огромные анкеты.
Нам выдали большие портфели, пачку анкет и фонарь. Мехмат находится в самом центре Одессы, поэтому и достались нам кварталы старого города, с огромными коммуналками в старых домах.
Жаль, что я тогда не знала, что появится Жж, и не записывала свои впечатления! Чего мы только не насмотрелись. Коммуналки на 15-20 семей, в коридорах которых можно было реально заблудиться среди веревок с бельем, корыт, велосипедов и шкафов. Гроздья звонков на двери, гроздья лампочек в уборной - от каждой лампочки шел провод в комнату, и там включался свет, чтобы никто не попользовался чужим светом.
Мне потом рассказали, что в Питере то же самое практиковалось на кухне - у каждого своя лампочка, и каждая хозяйка обязана была включить свой свет, даже если там уже горит много других. Можно было, наверное, и не включать, но тогда скупердяйка рисковала внезапно остаться в темноте!
Были квартиры нормальные, а были склочные, где в каждой комнате драматически рассказывали, какие негодяи живут в следующей. Общительные одесские бабушки были рады поговорить, а один раз нам попался ученый-самоучка, который втолковывал нам основы диетологии и показывал таблицу совместимости продуктов. Помню, что сыр с хлебом не совмещался никак, а молоко вообще было обозначено ядом. Теперь это азы, а тогда этого никто не знал.
Понятно, что состояние мест общего пользования было примерно как на картинке в посте - жилконтора ничего не делала десятилетиями, а договориться сделать ремонт самим - жильцы были не в состоянии. Ведь как делить расходы - по едокам или по работникам? Этот вечный вопрос так никогда и не был решен...
Изредка по коридору, как аквариумная рыба, проплывала какая-нибудь бабушка, неся сиденье для унитаза (его брали с собой и уносили).
В процессе я обнаружила интересный факт: если советские женщины образца 79 года ходили дома хоть в засаленных, но в халатах, то советские мужчины того периода существовали только и исключительно в семейных трусах. Хотя перепись проходила в январе и на жару списать это было трудно. Никакой другой домашней одежды для мужчин просто не существовало. И то сказать, в полосатой пижаме кто ж по доброй воле ходить станет? Завидев в полуоткрытую дверь молодую девицу с портфелем, мужчина советский домашний в трусах, как правило, вскрикивал "ой", прихлопывал дверь, и через минуту открывал ее - уже одетый в треники с пузырями.
Правда, и среди женщин были исключения, некоторые ходили тоже в пузырящихся линялых трениках чернильного цвета, а одна дама запомнилась мне тем, что поверх оных треников у нее был надет линялый атласный пояс с резинками, и резинки эти поддерживали собственно штанины.
Вопросы анкеты вызывали массу затруднений. Как правило, в квартирах жили не те, кто был прописан, не жили те, кто был прописан, и жили они все не с теми, с кем были расписаны. Поэтому они страшно путались: как отвечать, по документам или по факту? И если ответишь не так, не выйдет ли какой неприятности?
Прописано всегда было гораздо больше, чем жило - многие от тесноты сбегали на квартиры, а числились по старому адресу, плюс к тому широко практиковалась прописка за деньги, т.е. люди никогда там не жили и не собирались.
Путаница от этого была офигенная. А нам же надо было не просто заполнить анкеты с кучей вопросов, но еще выстроить их в порядке семейной иерархии: на одной анекте писалось "глава семьи" (они долго и склочно выясняли, кто у них глава), а на остальных - сын главы семьи, жена г.с., и т.д. и т.п. Графа эта называлась "отношение к главе семьи", на что народ стабильно отвечал: хорошее. (анекдота про sex 7 раз в неделю, а М или Ж без разницы мы тогда не знали)....
Нам выдали большие портфели, пачку анкет и фонарь. Мехмат находится в самом центре Одессы, поэтому и достались нам кварталы старого города, с огромными коммуналками в старых домах.
Жаль, что я тогда не знала, что появится Жж, и не записывала свои впечатления! Чего мы только не насмотрелись. Коммуналки на 15-20 семей, в коридорах которых можно было реально заблудиться среди веревок с бельем, корыт, велосипедов и шкафов. Гроздья звонков на двери, гроздья лампочек в уборной - от каждой лампочки шел провод в комнату, и там включался свет, чтобы никто не попользовался чужим светом.
Мне потом рассказали, что в Питере то же самое практиковалось на кухне - у каждого своя лампочка, и каждая хозяйка обязана была включить свой свет, даже если там уже горит много других. Можно было, наверное, и не включать, но тогда скупердяйка рисковала внезапно остаться в темноте!
Были квартиры нормальные, а были склочные, где в каждой комнате драматически рассказывали, какие негодяи живут в следующей. Общительные одесские бабушки были рады поговорить, а один раз нам попался ученый-самоучка, который втолковывал нам основы диетологии и показывал таблицу совместимости продуктов. Помню, что сыр с хлебом не совмещался никак, а молоко вообще было обозначено ядом. Теперь это азы, а тогда этого никто не знал.
Понятно, что состояние мест общего пользования было примерно как на картинке в посте - жилконтора ничего не делала десятилетиями, а договориться сделать ремонт самим - жильцы были не в состоянии. Ведь как делить расходы - по едокам или по работникам? Этот вечный вопрос так никогда и не был решен...
Изредка по коридору, как аквариумная рыба, проплывала какая-нибудь бабушка, неся сиденье для унитаза (его брали с собой и уносили).
В процессе я обнаружила интересный факт: если советские женщины образца 79 года ходили дома хоть в засаленных, но в халатах, то советские мужчины того периода существовали только и исключительно в семейных трусах. Хотя перепись проходила в январе и на жару списать это было трудно. Никакой другой домашней одежды для мужчин просто не существовало. И то сказать, в полосатой пижаме кто ж по доброй воле ходить станет? Завидев в полуоткрытую дверь молодую девицу с портфелем, мужчина советский домашний в трусах, как правило, вскрикивал "ой", прихлопывал дверь, и через минуту открывал ее - уже одетый в треники с пузырями.
Правда, и среди женщин были исключения, некоторые ходили тоже в пузырящихся линялых трениках чернильного цвета, а одна дама запомнилась мне тем, что поверх оных треников у нее был надет линялый атласный пояс с резинками, и резинки эти поддерживали собственно штанины.
Вопросы анкеты вызывали массу затруднений. Как правило, в квартирах жили не те, кто был прописан, не жили те, кто был прописан, и жили они все не с теми, с кем были расписаны. Поэтому они страшно путались: как отвечать, по документам или по факту? И если ответишь не так, не выйдет ли какой неприятности?
Прописано всегда было гораздо больше, чем жило - многие от тесноты сбегали на квартиры, а числились по старому адресу, плюс к тому широко практиковалась прописка за деньги, т.е. люди никогда там не жили и не собирались.
Путаница от этого была офигенная. А нам же надо было не просто заполнить анкеты с кучей вопросов, но еще выстроить их в порядке семейной иерархии: на одной анекте писалось "глава семьи" (они долго и склочно выясняли, кто у них глава), а на остальных - сын главы семьи, жена г.с., и т.д. и т.п. Графа эта называлась "отношение к главе семьи", на что народ стабильно отвечал: хорошее. (анекдота про sex 7 раз в неделю, а М или Ж без разницы мы тогда не знали)....
