Юркин Владимир. Обед у озера

Дм.Кустанович. Дождь в городе

В.Юркин. Сирень

пятилистнички нашли? я нашла три.

Мефоков Николай. Дебаркадер

Н.Касаткин. Крыльцо с чашкой

Григорьева-Климова Ольга. Натюрморт светлый

С. Пузыревский

Sam Timm - Peaceful place

обзорчик дня

Все картинки за сегодня на одном экране

Этот же день прошлого года  - романтическое море, милая сцена у дома, синяя птичка, городская сценка, французские колбаски, яркие рыбки, васильки-ромашки, киевлянин в Париже, котята пишут картину

позапрошлого!  - городок у моря, стихи Соббакевича, сирень в вазе, улица, глициния, сочная болгарская весна, сало с огурчиком, буйные коты, дивный закат








Вчера больше всего комментариев набрали, естественно,   консервы , а на Кодзиму Кукея вообще никто не посмотрел.

...

...Василиск Семенович Бородавкин, сменивший бригадира Фердыщенку, представлял совершенную противоположность своему предместнику. Насколько последний был распущен и рыхл, настолько же первый поражал расторопностью и какою-то неслыханной административной въедчивостью, которая с особенной энергией проявлялась в вопросах, касавшихся выеденного яйца. Постоянно застегнутый на все пуговицы и имея наготове фуражку и перчатки, он представлял собой тип градоначальника, у которого ноги во всякое время готовы бежать неведомо куда. Днем он, как муха, мелькал по городу, наблюдая, чтоб обыватели имели бодрый и веселый вид; ночью - тушил пожары, делал фальшивые тревоги и вообще заставал врасплох.
Когда же совсем нечего было делать, то есть не предстояло надобности ни мелькать, ни заставать врасплох (в жизни самых расторопных администраторов встречаются такие тяжкие минуты), то он или издавал законы, или маршировал по кабинету, наблюдая за игрой сапожного носка, или возобновлял в своей памяти военные сигналы.
Была и еще одна особенность за Бородавкиным: он был сочинитель. За десять лет до прибытия в Глупов он начал писать проект "о вящем армии и флотов по всему лицу распространении, дабы через то возвращение (sic) древней Византии под сень Российския державы уповательным учинить", и каждый день прибавлял к нему по одной строчке. Таким образом составилась довольно объемистая тетрадь, заключавшая в себе три тысячи шестьсот пятьдесят две строчки (два года было високосных), на которую он не без гордости указывал посетителям, прибавляя при том:
- Вот, государь мой, сколь далеко я виды свои простираю!
Вообще, политическая мечтательность была в то время в большом ходу, а потому и Бородавкин не избегнул общих веяний времени.
- Сперва с Византией покончим-с, - мечтал он, - а потом-с...